artuzel (artuzel) wrote,
artuzel
artuzel

Елена УЗУН . Премьера «Отелло», или новая попытка прорыва



Самая новаторская опера Джузеппе Верди «Отелло» - тяжелое испытание для любой оперной труппы. В Молдове в 2015 году она ставится в третий раз, предыдущие постановки было совершенно иными и шли с большими перерывами в 1964 и 1998 годах. Первый спектакль был мне недоступен в силу возраста, а вот второй я знаю прекрасно - и это довольное интересное решение режиссера Еуджена Платон.

Но почему же "Отелло" - такой риск в конце сезона? Кишиневская труппа спокойно исполняет такие «монументы», как «Реквием», «Аиду», «Силу Судьбы» Верди, «Турандот» и «Тоску» Пуччини. Вопрос лишь в том, верит ли труппа дирижеру и режиссеру. Если поверит, то все сделает, и все получится, как в случае с "Отелло".



Новая концепция режиссера Андреа Баттистини самодостаточна. Знаменитое начало оперы резко- с кульминации- вершино-источника удалось, но пришлось поработать. «Отелло» - это колоссальное напряжение, экспрессивная, сложная по тесситуре партитура, пронизанная огнем, ядом и молнией. Это не просто страсть – максимально-вселенское столкновение веры, страсти, ревности и любви. Где вокалисту надо не только осилить колоссальные скачки, но и постоянное напряжение драмы, выстроенное на внутренних иглах и молниях. Верди «подрывает» драматургию «Отелло», как на минном поле. Все внутри наполнено импульсами- вспышками, не оставляющими в покое персонажей ни на минуту. «Покой нам только снился» - вот это «Отелло».



Главный магистр оперной драматургии маэстро Джузеппе осознанно задавал театру перца в виде сложно преодолимых партитур, которые и через 5 веков останутся загадкой для музыкантов. Его можно понять: то, что ясно и легко, быстро становится не интересно. А нагнетание амбиций на уровне «Отелло» - это подвиг, за который каждый исполнитель благодарен судьбе.

Поэтому начало спектакля – по сути, весь спектакль. Режиссер Андреа Баттистини решил конкретно – выставил на авансцену огромные решетки, за которыми скрывается хор, тревожно ожидающий прибытие нового губернатора Кипра Отелло, попавшего в шторм. Постепенно в ход идут не только голоса, руки и головы артистов. Возникают ножи и пики, как символы войны и борьбы за Свободу. Интервально-динамические волны быстро захлестывают хоровое волнение, пока на гребне ясным Солнцем возникает Отелло, на время убеждающий народные массы, что все хорошо!



Затем возникает сцена, где Яго напевает свою любимую арию. Он - этакий рубаха-парень, а хор веселиться в круговом танце, напоминающем молдавскую хору. И тут возникает параллель – толпа, решетки, желание вырваться из беды. Беззаботная хора – суть нашей жизни, полной радужных обещаний и желаний прорыва в светлое завтра, закрытое новыми решетками. И суть этих решеток – неверие в себя.



Был в Отелло какой- то комплекс, некая грань, об которую раскололось счастье нежной любви к Дездемоне. Он все-таки не верил в универсальность чувств мавра и белокожей девы, не понял суть женской души. Изнутри его подъедал червь сомнений, а могу ли я быть счастлив? Возник хитрец Яго, хорошо знавший пороки и комплексы Отелло. Порывистый мавр со страстной душой ждал только побед, и не был готов к коварству. Яго был готов ко всему...

Вот тут и открывается главная карта драмы. Кто же главный герой? Отелло? О нет - Яго! Он - Король драмы, вершитель судеб, в итоге и сам жертва трагедии. Именно он - гениальный интриган, по сути Мефистофель, постоянно подбрасывающий поленья в топку, сжигающую разум Отелло и превращающий благородный героизм и нежную любовь в бессмысленное кровопролитие. Не зря сам Верди поначалу хотел назвать оперу именем "Яго". Потому что его коварство - главная пружина драмы, ее кровь, пот и жесткая обреченность.

И нам весьма повезло, что в кишиневской премьере 26 июня 2015 года в партии Яго выступил Народный артист Молдовы баритон Юрий Гыскэ. Он абсолютно вписался в образ коварного циника Яго - холодного, жесткого и жаждущего абсолютной власти! Самой яркой победой в карьере Гыскэ в свое время стал стал образ Дон Жуана в опере Моцарта. Там он жгучий испанец - яркий, пикантный соблазнитель, смело внедряющийся в любую ситуацию. Характерный прищур Юры, умение держать сцену, накалять ситуацию, смешивать юмор с коварной ухмылкой - все это пригодилось в сложнейшей партии Яго, покрывающего презрением всех и вся! Да Яго ему удался, и это "его Виктория"- непростая, волевая и довольно убедительная. Он умеет в двух-трех штрихах-жестах дать зерно образа и буквально с первых фраз показать драматургию тембра. Он одинаково хорош в "изображении" верной дружбы с импульсивным Отелло и в цинично-холодной "сцене с платком".



Но что же Отелло? Неужели он только наивен, порывист и прост в своих темнокожих комплексах и стремлении возвыситься на белой аристократией? О нет. Он тоже интригующе привлекателен в исполнении нашего гостя из Болгарии - солиста Национальной оперы Болгарии Даниэля Дамьянова. Даниэль хорошо владеет этой чудовищно сложной партией, только в этом году он исполнил ее в Софии уже 7 раз. И опыт заметен. Отелло у него "просто в крови" - вокально, ансамблево и актерски. Героически-гордый красавец вначале, он постепенно превращается в странного безумца, с блестящими очами наркомана, ошарашенного вымышленной изменой Дездемоны. Его сознание не может принять удара, и он крушит все вокруг, оглашая сцену измученным стенанием все еще сильного мужчины, любящего, но уже стремящегося к гибели.



Сложнейшее испытание легло и на плечи сопрано Родики Пичиряну, которой пришлось нести на себе груз страданий Дездемоны в сочетании с работой режиссера-координатора в спектакле. Отметим также выразительное пение Николая Васкауцана в партии Кассио - он держит образ и зал, стараясь не уступать лидирующей двойке Отелло и Яго. Хорош Родриго - Виктор Новицкий, решительно вступающий в интригу с Яго. Внушителен Народный артист РМ Валерий Кожокару в партии Лодовико. Вызывает доверия чуткая Эмилия – Татьяна Вырлан, пытающаяся остановить колесо драмы. Отметим и Монтано - Максима Иващук, уверенно владеющего голосом и сценой.

Ну и конечно, ХОР! Ну молодцы, активны, выразительны, отлично движутся, играют, поют. И с самого начала убеждают, что мы в сердце драмы, что все по-настоящему - без всякой оперной условности. Хоры в "Отелло" мощные, особые, возникающие в острые моменты драмы, поворачивающие действие, словно штормовой ветер.




И в этом явная заслуга дирижера Народного артиста Молдовы Николая Доготару и режиссера Андреа Баттистини. Маэстро Андреа создал очень итальянскую атмосферу в спектакле - суетно-смятенную вначале, нежно-пасторальную в сценах женщин и детей, античная драма просматривается в дуэтах Яго и Отелло, и фресковое величие в сцене с Лодовико. Тут явное влияние итальянской живописи и архитектуры, не в прямом смысле, но в самой атмосфере, наполненной тайной венецианской истории и роковыми переплетениями английской драмы. Для Баттистини - это прежде всего драма ШЕКСПИРА, и после уже - музыка ВЕРДИ! При всей традиционности постановки он оставляет шлейф таинственности и загадочности. И вечного неумения уберечь светлое чувство, уступающее жестокости социума...

Что же до уровня чисто музыкального, то все на месте. Хор убеждает не только актерски, но и мощно заявляет о себе в плане вокала. Непреклонно движутся к цели Отелло и Яго, преодолевая одну сольную преграду за другой. В музыкальном плане "Отелло" равен Везувию. Кто не сорвется, не попадет в клокочущую лаву извержений - тот закален как вокалист надолго. Это же относится к оркестру, призванному нагнетать сумасшедшее напряжение, погружая зрителя в непрерывные волны-спирали бесконечной драмы. А потому поздравим Национальную оперу с боевым крещением в горниле "Отелло". С Богом, и ждем следующих подвигов в новом сезоне!


Tags: "Отелло", Андреа Баттистини, Юрий Гыскэ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Ожиданье

    Жара, гроза, сухая трескость губ, Гром, свежая струя, надежда, холодок, Опять жара, томленье, нервный ток И дерганное веко исступленья Ну нет дождя,…

  • Елена Узун "Каждый"

    Каждый бывает и прост , и сложен, Скорее - просто невозможен, Каждый желает любви к себе И к своей ситцевой душе... Желанья облекает в бархат, А…

  • Елена Узун "Голубка Маруся"

    Альгида Пална была женщина сердобольная, и всячески поощряла мир животных и птиц. Еще она любила местное озеро - единственное спасение во время…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments